Тяжелые времена

Жесткие требования Нацбанка обнажили неспособность небольших банков в разы увеличить свой капитал. У акционеров многих из них попросту нет лишних сотен миллионов гривен. Регулятор большие надежды возлагает на закон, упрощающий процедуру слияния банков. Но бума сделок M&A банкиры не ожидают, поскольку владельцам разных учреждений сложно договориться между собой

Банковский рынок оказался зажат жесткими рамками: акционеры небольших банков должны инвестировать в свои учреждения все больше и больше, иначе Нацбанк выведет их с рынка. С задачей повышения уставного капитала до 120 млн грн в минувшем году справились почти все небольшие учреждения. Из-за дефицита капитала обанкротились лишь Артем-банк и Инвестбанк. В июле 2017-го минимальный капитал банков должен составить 200 млн грн, а еще через год — 300 млн грн. Закончится этот процесс в 2024 году, когда на рынке не останется игроков с капиталом менее 500 млн грн.

ПОМОЩЬ СВЫШЕ

В начале года проблема увеличения капитала до 200 млн грн была актуальной для 43 банков из выживших 96. К началу апреля количество игроков в зоне риска сократилось до 37. Например, Радабанк и Европромбанк завершили процедуру докапитализации до 200 млн грн, а банк «Глобус» — сразу до 300 млн грн. Еще три банка покинули рынок: банк «Народный капитал» подал на самоликвидацию, но НБУ признал его неплатежеспособным; заявку на самоликвидацию подал и Финбанк, а Вектор Банк обанкротился.

Большая часть кредитных учреждений — 24 — уже заявили о планах докапитализации на 1,8 млрд грн. В то же время в зоне риска находятся свыше десятка банков, которые не торопятся с дополнительными эмиссиями на 0,8 млрд грн. Некоторым придется покинуть рынок, если акционеры их не поддержат. «Те, кто физически не успевает объявить допэмиссию сейчас, не смогут пройти требуемые юридические процедуры до июля», — говорил председатель правления и акционер Альтбанка Игорь Волох.

Но в марте парламент принял разработанный при участии Нацбанка законопроект №6010 «Об упрощении процедур капитализации и реорганизации банков».

Действовать закон будет до 1 августа 2020 года. Он предусматривает ускоренную процедуру докапитализации. Объявить о собрании можно будет за пять дней до проведения, а индивидуально приглашать акционеров не потребуется. НБУ будет разрешать получение существенного участия в течение трех дней. «Банки понимали, что закон могли не принять к июлю, поэтому практически все уже стартовали с процессом по стандартной процедуре. Из четырех десятков банков, наверное, 80–90% объявили первый этап общих собраний, уже озвучили нам источник средств, планируют вписаться в стандартные сроки», — говорит директор департамента лицензирования НБУ Александр Бевз.

Собственникам банков нужно доказать легальность происхождения денег и уплату с них налогов, а некоторым придется продавать нефинансовые активы. «У кого-то есть деньги, у кого-то с ними сложно, но в целом 200 млн грн плюс-минус могут сделать все. Этот тот порог, который в одиночку практически все достигнут. А объединение — это вопрос выполнения требований на 300 млн грн и выше», — считает господин Бевз.

Сложности могут возникнуть у банков, которые еле нашли деньги для предыдущего увеличения капитала. С проблемами столкнулись учреждения с непрозрачной структурой собственности: банк «Новый», подконтрольный КБ «Южное», должен упростить структуру собственности, а банк «Гефест» Игоря Кутицкого ищет покупателя.

Банки, которые сорвут дедлайн НБУ, в июле станут проблемными. Если за последующие полгода они не докапитализируются, их выведут с рынка. А проблемный статус — это не только ограничения НБУ. Это и репутационные потери, ведь часть клиентов и контрагентов таких банков могут об этом узнать.

ДЕЛЯТ НА ДВА

Закон также предлагает упрощенный механизм слияния банков. Набсоветы двух объединяющихся банков подают в НБУ план реорганизации. Если регулятор его согласует, инициируются собрания акционеров учреждений, на которых одобряется присоединение одного банка к другому. После этого Нацбанк должен в течение десяти рабочих дней согласовать сделку. Три-десять дней предоставляется НКЦБФР и АМКУ на принятие решений. Еще за три дня НБУ должен согласовать новый устав. «Сроки реорганизации банков сократятся с полутора лет до трех-четырех месяцев», — подсчитали в Нацбанке.

Описанная процедура предусматривает слияние здоровых банков. Нацбанк заблокирует сделку, которая приведет к появлению банка, нарушающего нормативы, в том числе по капиталу. «НБУ не желает противоестественных объединений, чтобы «скрестили» непонятно кого и потеряли банк», — говорит господин Бевз. В НБУ уже обращались за консультацией банки с капиталом меньше 200 млн грн, которые не имеют общего контролера. «Четыре банка интересовались упрощенной процедурой присоединения, еще несколько рассматривали возможность прекратить банковскую деятельность, рассчитавшись с клиентами и сдав банковскую лицензию», — прокомментировали в НБУ.

Участники рынка настроены скептически. «В чистое слияние я не верю. Слишком сложно и непонятно с точки зрения будущего корпоративного управления. И все факты слияний до сих пор были присоединениями и поглощениями», — говорит экс-руководитель Вектор Банка Вадим Березовик. «Упрощенная технология слияния — это инструмент, а суть в том, могут ли собственники небольших банков в принципе договориться между собой? Все ходили, говорили друг с другом и поняли, что не договорятся», — отмечает управляющий партнер компании FinPoint Investment Advisors Сергей Будкин.

По словам Вадима Березовика, объединение ничего не даст при слиянии двух банков с капиталами по 120 млн грн, ведь у них суммарно будет 240 млн грн. «Все равно это не решает стратегическую задачу в 0,5 млрд грн», — говорит он. По его мнению, объединяться стоит тем банкам, которым это позволит окончательно решить вопрос капитала. Но проблема «уставняка» может померкнуть на фоне других препятствий. С начала 2017 года на регулятивный капитал небольших банков давит постановление НБУ №351 о кредитных рисках. А в феврале НБУ начал впервые диагностировать самые маленькие 33 банка: по результатам проверки некоторым учреждениям может потребоваться дополнительная докапитализация. «Если у одного и второго банка нет регулятивного капитала, то присоединение даст ноль или даже отрицательный показатель», — объясняет Игорь Волох.

Сложности процесса слияния констатирует член набсовета Аккорд­банка Анатолий Гулей: «Речь должна идти о том, вокруг какого банка объединять. Это же не процесс сложения двух половинок в одно яблоко. Мы помним историю поглощения ПУМБ других банков. И хотя там был один собственник, процесс занял больше трех лет. Банки смогут попробовать применить закон об упрощенном слиянии, но сомневаюсь, что за три-шесть месяцев можно будет провести сделку через НБУ».

По информации участников рынка, Вячеслав Супруненко из Асвио Банка изучал возможность слияния с другим банком, но решил самостоятельно докапитализировать свой актив. Ужгородский коньячный завод, владеющий Коминвестбанком, также не нашел партнера. Был замечен на рынке банк «Глобус», который искал объект для поглощения, присматривался к банку «Новый». «Мы анализировали несколько банков, вели переговоры, но мы не видим эффективности в этом. Самое главное — это наличие у другого банка не капитала, а бизнес-модели, какой «плюс» получит объединенный банк», — говорит глава правления банка «Глобус» Сергей Мамедов. В будущем их капитал будет расти за счет взносов акционеров или реинвестирования прибыли, которая в 2017 году планируется на уровне 50–60 млн грн.

Владельцы Альтбанка не планируют никого покупать, а Виктор Тополов из банка «Земельный капитал» этот сценарий не исключает. «Я не буду привлекать инвестора. Буду собственником банка: у меня 95%, а 5% — у главы набсовета. У меня есть деньги, я показал НБУ их источник, все будет нормально с докапитализацией», — говорит он. Банкир не готов с кем-либо объединяться, поскольку может сам выполнить норматив 500 млн грн. Также он не будет продавать свой банк, хотя готов обсудить покупку другого кредитного учреждения. «Когда ко мне приходят с предложениями, я говорю: «Могу купить ваш банк, если он мне подходит, и установить график расчета за него, но объединяться я ни с кем не буду», — комментирует Виктор Тополов. «К нам приходили неоднократно с предложениями о слиянии еще до передачи законопроекта №6010 в парламент. Но наша позиция такова: в ближайшие два-три года слияния банков будут очень высокорисковыми для акционеров. Невозможно за такой короткий промежуток времени привести баланс в хорошее состояние, которое позволит новому партнеру идти на слияние со стопроцентной уверенностью, что через какое-то время не обнаружатся скелеты в шкафу», — говорит глава банка «Фамильный» Ольга Долженко.

Банкиры не помнят случаев объединения банков с разными владельцами, только с одним и тем же: ПУМБ поглотил Донгорбанк и «Ренессанс Капитал», а Укрсоцбанк — Уни­Кредит Банк. Сейчас слияния вновь ожидаются лишь внутри банковских групп: Укрсоцбанк присоединится к Альфа-банку, Экспресс-банк — к Индустриалбанку. Собственник ТАСкомбанка Сергей Тигипко намерен уже до конца 2017 года присоединить к нему купленный у греков Универсал Банк. «Это вливание даст нам двойной рост», — заявил он. Банкир хочет продолжить покупки в финансовом секторе, где он уже приобрел страховщика и закрывает сделку по покупке лизинговой компании.

Альфа-банк готов воспользоваться преимуществами закона. «Приоритет для нас сейчас — интеграция с Укрсоцбанком. Наша долгосрочная цель — создание в Украине крупнейшего коммерческого банка с европейскими технологиями и сервисом», — заявила председатель правления Альфа-банка Виктория Михайле. Глава правления Укрсоцбанка Тамара Савощенко говорит, что специалисты, которые присоединяли УниКредит Банк, все еще работают у них: «Они активно вовлечены в начавшийся интеграционный процесс».

Опыт слияния «дочек» итальянской банковской группы UniCredit в учреждении считают успешным. «Если говорить об общем позитивном эффекте, то он составил 98 млн грн в период  2013–2014 годов. В основном эффект был достигнут за счет снижения расходов, прежде всего административных, — сказала Тамара Савощенко. — С операционной точки зрения это выглядело как поглощение: Укрсоцбанк был несопоставимо больше, чем UniCredit, и миграция происходила на баланс и IT-системы Укрсоцбанка. Но UniCredit привнес в объединенный банк корпоративную культуру крупной европейской банковской группы и уникальную бизнес-экспертизу».

Закон решит часть проблем нынешнего механизма объединения. «Индустриалбанк и Экспресс-банк сразу заявили: если не решим вопрос миноритариев, объединиться нормально не сможем. Другие банки также жалуются, — говорит Александр Бевз. — У мажоритария не так много денег на докапитализацию, а ему еще надо заплатить миноритариям. Закон упраздняет эту проблему: миноритарии не имеют права досрочного выкупа их акций». Для обмена акций не потребуются разрешения акционеров, а слияние пройдет по номиналу, а не по реальной цене, что может вызвать конфликты при разных собственниках двух объединяющихся банков.

Слияние Индустриалбанка и Экспресс-банка рассматривается их владельцем — семьей Дворецких — как способ существенно сэкономить. Административные затраты двух банков в 2016 году составили 0,4 млрд грн. Глава правления Индустриалбанка Михаил Букреев рассказал, что объединение сократит расходы примерно вдвое за счет оптимизации системы управления и штата, закрытия дублирующих отделений. «Эта стратегия должна быть утверждена набсоветом, но есть несколько сценариев, в зависимости от которых будет понятна и сумма оптимизации, и будущее количество отделений и сотрудников для обслуживания клиентов», — отметил он. Увольнение половины топ-менеджеров уменьшит коллектив нового банка на 20–30%, что сэкономит 50–60%.

Летом банки могут провести объединительные собрания акционеров. Господин Букреев называет два преимущества закона — это сокращение сроков присоединения и освобождение от необходимости договариваться с миноритариями. «Это сохранит капитал в банке для развития», — считает он.

УХОДЯТ ПО ОДНОМУ

С первой попытки капитал увеличат не все. «До трети банков могут не справиться с докапитализацией», — скептически оценивает ситуацию Сергей Будкин. Игорь Волох смотрит на проблему шире, ведь размер уставного капитала — это только часть проблемы: «Половина банков не способны обеспечить десятипроцентный уровень регулятивного капитала». Если покупателя найти не удастся, а пускать временную администрацию собственники не захотят, они могут закрыть банк своими же руками. В 2016 году самоликвидацию объявили Инвестиционно-трастовый банк, Финанс Банк и Финэксбанк, в начале 2017-го — еще два банка. Но если учреждение имеет проблемный статус, оно не избежит участия ФГВФЛ.

Закон позволит банкам после трансформации остаться на рынке. Предложение о самоликвидации должны одобрить свыше 75% акционеров. В последующие три дня банк подает заявку в НБУ, который за десять дней ее рассматривает. Чтобы быстро вернуть деньги клиентам, банк досрочно расторгнет договоры. Прекращение банковской деятельности должно завершиться за 180 дней, после чего банк сдаст в НБУ банковскую лицензию, продолжит работать как юрлицо и даже получит новые лицензии. «Решение о самоликвидации может приниматься в последний момент, когда понятно, что денег на докапитализацию не хватает, а время поджимает, и надо что-то делать», — говорит Сергей Будкин.

Выжившие банки должны зарабатывать достаточно, чтобы за счет прибыли докапитализироваться в последующие годы. «У маленьких банков нет больших аппетитов, речь идет об обслуживании малого и среднего бизнеса и физлиц. У них свои стратегические цели, и вопрос их выживаемости — в гибкости», — говорит Анатолий Гулей. Ряд бизнес-моделей банков, по мнению Ольги Долженко, не требуют даже 200 млн грн уставного капитала. «Это нишевая конкуренция, например, трансакционный, расчетный бизнес, кредитование МСБ, ОСМД и фермеров», — поясняет она.

Поэтому ряд банков просят НБУ добиться в парламенте снижения планки капитала с 500 млн грн до 200 млн грн. Основные их аргументы: в ЕС банки могут иметь капитал 5 млн евро, а в Украине ряд бизнес-моделей (трансакционный бизнес или сделки с ценными бумагами) не требуют большого капитала. «Риски, которые несут небольшие банки, составляют всего 2% системы, поэтому такое жесткое требование к ним неактуально», — считает Анатолий ­Гулей.

Соответствующее письмо Независимой ассоциации банков Украины к НБУ подписали банки «Авангард», «Альянс», «Фамильный», «Глобус», ­Ком­инвестбанк, «Конкорд», Альтбанк, Кредит Оптима Банк, Айбокс­банк, «Траст-капитал», «Сич», А-Банк и экс-глава Вектор Банка Вадим Березовик. Игорь Волох из Альтбанка объясняет мотивацию авторов письма сложностями банковского бизнеса: «Агрессивной потребности в капитале для нового бизнеса нет. К тому же отсутствуют инструменты хеджирования рисков. Поэтому инвестиции в капитал банка являются не самым разумным бизнес-действием, а бизнес должен действовать разумно». И хотя банк подписал письмо, он сможет докапитализироваться до 500 млн грн вне зависимости от решения Нац­банка.

«Банки рассчитывают на то, что НБУ ослабит требования, и поэтому лоббируют послабления. Они рассуждают так: один раз найдем деньги на докапитализацию, а потом требования смягчат», — поясняет Сергей Будкин. Это маловероятно: НБУ не поддержал эту идею, а интерес парламента к проблемам мелких банков стремительно снижается. «Банковское лобби ослабло в связи с уходом половины банков. Поэтому сложно говорить, что банки могут лоббировать свои интересы. Депутаты на 2% банковской системы не ориентируются», — предупреждает Анатолий Гулей.

Поэтому банкиры просят паузу. «Зачем мы будем говорить о 300 млн на 2018 год? НБУ может поставить это на 2021 год. А за это время разберемся», — говорит владелец банка «Альянс» Александр Сосис.